Блог

Мы гоняем бабушек, которые продают подснежники, но цепляем медали героев Украины тем, кто уничтожает

Кто называет себя экологами и занимает экологические посты, почему уникальные редкие виды животных охраняют в основном только охотники, а охрана природы в стране не может быть прибыльной рассказал известный ученый, кандидат биологических наук

Игорь Загороднюк — один из наиболее известных в Украине ученых, которые исследуют дикую природу. С 1983 по 2003 год Загороднюк работал в Институте зоологии имени Шмальгаузена НАН Украины. Потом — на Закарпатье был доцентом кафедры энтомологии (преподавал экологические дисциплины) Ужгородского национального университета, а с 2005 до 2014 года — доцент кафедры экологии и садово-паркового хозяйства Луганского университета имени Тараса Шевченко и заведующий Лаборатории экологии животных этого университета. Сейчас Загороднюк работает в Национальном научно-естественном музее. Он — автор ряда научных работ, опубликованных в престижных профильных изданиях.

Игорь Владимирович — лауреат Государственной премии Украины в области науки и техники 2015 года. Получил ее вместе с несколькими другими ведущими специалистами за цикл научных работ “Научные основы сохранения и восстановления биотического и ландшафтного разнообразия Украины в условиях изменений окружающей среды”.

Игорь Загороднюк считает: у нас понятие экологии часто сводят к описанию нарушений окружающей среды, и “экологами” часто называют всех причастных к регистрации таких нарушений, а не к исследованиям и мониторингу. “Поэтому и получается, что в Украине экологией часто занимаются непрофессионалы, которые даже не имеют соответствующего образования, а создание заповедников не становится спасением для редких животных, а может им даже навредить”, — говорит он.

Игорь Владимирович, какие основные проблемы сейчас есть в сфере охраны природы в Украине?

Проблемы отрасли — бесконечные. У нас животных “охраняют” в основном в зоопарках или в музеях, часто уже как исчезнувшие в природе виды, а надо охранять в естественной среде, где эти животные живут. Или охраняют чужеродных животных, часто прямо в городах. И не знают, что охранять надо еще и дикую природу.

К сожалению, в Украине охрану животных часто сводят к занесению видов в Красную книгу, и на этом, как правило, все и заканчивается. Создание очередного “красного” списка — это немалые средства, как грантовые, так и бюджетные.

Например, говорят, что последняя Красная книга стоила около полумиллиона. Но для охраны животных это мало что дало! Ибо Красной книгой все должно не заканчиваться, а начинаться: ведение мониторинга, разработка и реализация принципов практической охраны, развитие заповедной сети и тому подобное.

Под лозунгами охраны у нас ведутся разнообразные работы. Но на практике охрану осуществляют, к сожалению, только охотники. Парадокс, но это действительно так. Почему? Потому что они заинтересованы в приросте популяций “своих” видов. Животные могут существовать в более-менее приличных условиях и в заповедниках. Но здесь существует еще один парадокс: время создания заповедников приносит не только пользу, а и вред.


Разве создание заповедника может навредить? Их же обычно создают для того, чтобы сохранить природу.

Конечно, заповедники — это хорошо. Но их часто создают с неправильными подходами. У нас думают примерно так: “Посмотрите, там же живут такие красивые бабочки, суслики, букашки. Давайте создадим для них заповедник!” И создают. Но это кардинально меняет условия жизни животных. И они вымирают.

Все вспоминают о сурке только в День сурка, а у сурков таких дней — 365 на год. И они часто для сурков не совсем праздничные: то их обкатали плугами, то обстреляли, то отравили, то бездомные псы погрызли малышей.

В Стрельцовской степи, что на Луганщине, существовала популяция этих животных. Заповедник создали специально для их охраны. Но со временем сурков там не стало. Почему? Потому что не стало выпаса, не стало сенокосов. И сурок “ушел” оттуда, вымер. Все крупные вымирания начинаются с исчезновения локальных популяций. Ужасно, когда центрами вымираний становятся заповедники. И таких примеров по всей стране — куча.

Чтобы заповедники выполняли функцию сохранения популяций редких видов — заповедного режима недостаточно. Нужны активные действия. И нужны большие площади!

У нас часто говорят, что охрана природы должна быть прибыльной. Почему так?

Во многих странах, в частности в США, значительно легче что-то сохранить, воспроизвести, вырастить, однако это не связано с уровнем экономического развития. У нас почему-то надо доказывать экономическую целесообразность охраны природы. И долго и сложно доказывать необходимость создания или расширения нового заповедника или ограничение хозяйственной деятельности, например рубок.

В охране природы не может быть экономической целесообразности! Целесообразность — это жизнь в качественном среде, в том числе жизни следующих поколений. Охрана природы всегда убыточна для текущего времени. Это как расходы на собственное здоровье: они не дают прибыли, они важны для нормальной жизни. О ней должны заботиться все, но прежде всего — государство! Собственно, это одна из главных стратегий выживания на два-три поколения вперед!

В охране природы не надо искать какой-то выгоды. Единственное исключение — природные промыслы, когда хозяйственники вкладывают силы и средства в полное восстановление ресурсов, которые они эксплуатируют. С экологической точки зрения это означает, что они имеют прибыль исключительно с прироста популяций. Этим занимаются охотники.

Конечно, я категорически против охоты вне охотничьих хозяйств. Однако реально они нередко имеют значительно большие успехи, чем мы. Особенно в отношении дикой фауны. Пока зоозащитники спасают собак и кошек, охотники разводят лосей и оленей. Печальная правда.

Один известный охотовед, известный в сети как Василий Егерь, который выехал из Украины, теперь ведет одно из крупнейших охотничьих хозяйств Европы, под Мадридом. В наших товарищеских спорах он сказал однажды: “Дайте мне вашего старого зубра, и я заэ тот трофей за несколько лет создам нормальное стадо и пущу заработанные средства на формирование новых популяций”. Но наш коллега — и его оппонент — ответил, что никогда с охотниками нельзя иметь дело, а того последнего зубра мы похороним и поставим на его могиле крест. Вот так и ставим дальше кресты.

Это особенность нашего общества: мы гоняем бабушек, которые продают подснежники, но цепляем медали героев Украины тем, кто уничтожает ради древесины сотни гектаров лесных экосистем, где росли миллионы редких цветочков, которые опыляли еще более редкие шмели. А вот когда все уничтожат, тогда и начнут охранять. Когда у нас волков будет 20 особей, тогда и бросятся устраивать громкие акции в защиту волков. А пока их пару тысяч, то никто их и не будет охранять.

Существует ли сейчас какая-то программа по сохранению природы в Украине?


Законов много. Еще в 1999 году в Украине заново принимался Закон “Об экологической сети Украины”. Но вышел шутка — “экологическая сеть” — это сеть специалистов экологии, однако речь идет о сохранении или восстановлении сети природных ландшафтов, разработку соответствующего комплекса мероприятий, и все остальное. И что вы думаете?

Не сделано ни одного шага в реализации этой сети на практике! Все существует только на бумагах. Энтузиасты, профессионалы и те, кто горит желанием сохранить природу, сделали десятки проектов. Из каждой области подавался минимум один проект о создании соответствующей региональной сети. Но с 1999 года ничего не реализовывалось!

Однако должен отметить, что реально хороших и действенных разработок у нас много. Они есть, но они не реализуются на практике. Потому что средств на программу собственного выживания у нас нет. И нет воли принять решение, что эта статья расходов должна быть такой же гарантированным и контролируемым, как и государственная безопасность и оборона. Потому имеем реальные угрозы оказаться в искусственных экосистемах из репейника и крыс.

В защиту бездомных псов мы тратим больше средств и эмоций, чем на всю уникальную фауну Красной книги Украины и проекты ее сохранения.

Проблема и в непрофессионализме? Часто слышим о том, что в сфере охраны природы является нехватка профессиональных экологов.

Сейчас в Украине есть куча людей, которые называют себя экологами, но на самом деле никогда не имели экологического образования. Не имеют даже диплома, а о публикации в профессиональных изданиях я вообще молчу. Среди них есть одухотворенные личности, которые успешно продвигают и реализуют важные локальные проекты.

Однако в период, когда все считают себя экологами, профессионалов не слышно. То о каком развитии может идти речь? В том числе и из-за этого, наши экосистемы в очень болезненном состоянии, без нормального мониторинга, охраны и менеджмента.

Читал недавно новость о том, что очередным начальником Департамента заповедного фонда и экосети назначили выпускника института нефти и газа. Допустим, у него даже есть специальность эколога. Но человек все равно не “заточен” под охрану природы, но заточен под такие кастинги. Вот вам вся правда Украины. И так — везде: назначают кумовьев, сватов, братьев или левых, но своих. Ничего за много лет не изменилось. Минприроды, кажется, является рекордсменом по скорости смены министров. Что не помогает охране природы отнюдь.

Все знают, что посредственная должность в сфере природоохраны на местах не всегда достается тем, кого достойна. Вспомните прошлогодние выборы в национальных парках Одесской области. Смеялась вся страна. И плакала. И что имеем за год? А имеем хорошие новости на сайте прокуратуры. А разве год назад это все не понимали, что так все и будет? Конечно, есть специалисты, преданные своему делу. Но они не в системе, и поэтому их рано или поздно подвигают. Или не выбирают. Потому что они не обещают того, что обещали проходные пешки.

Как можно решить эти проблемы? С чего начать?

Вместо списка редких животных, которые просто “существуют” на бумаге и о которых написано в красиво иллюстрированном издании, должен быть реальный план действий по спасению их популяций. На Западе это называют Action Plan. Это комплекс минимально необходимых мер, которые нужны для сохранения или восстановления определенной популяции. Это предусматривает средства на мониторинг, на ограничения у животных болезней, ограничение распространения вредителей. У каждого вида это происходит по-разному. Но наша практика свидетельствует, что в Украине такие планы никому не нужны!

У нас ни один объект из Красной книги не имеет плана действий по его охране. То есть не защищается на практике. И на редких животных не идет ни копейки. А тем временем очередном престижном издании пишут: “этот вид охраняется на пойменных лугах и в таком-то заповеднике”. Но как охраняется? Разве можно себе представить, что там кто-то гоняет ту гусеницу, которая лезет есть редкое растение, выгоняет скот на те луга выпасаться или, наоборот, не выпасаться? Это же смешно!

В больших городах на бродячую собаку могут потратить до 400 гривен в год, а на любое животное из Красной книги — ноль. Но кому из животных угрожает исчезновение? Наверное не бездомному псу, а вида из Красной книги.

Сейчас в обществе стали чаще говорить о вопросе защиты животных и гуманного к ним отношения. Особенно – после принятия закона, который увеличивает ответственность за жестокое обращение с животными. Насколько эта проблема актуальна?

Знаете, я был шокирован, когда услышал, что КГГА признало котов частью городской экосистемы. Это же глупо! Хоть одного из них мне на экзамен — я бы сразу отправил на пересдачу, а с работы бы уволил. Потому что никто там не знает, что нет популяции бездомных кошек и собак! Они существуют за счет постоянного притока снаружи, за счет выбрасывания животных на улицу людьми.

Лечить надо сознание людей, которые их выбрасывают. Это проблема не столько экологии, как социальных психологов, психотерапевтов. Потому что надо лечить общество, менять мышление людей.

Уличные животные едят “свободную” органику, и этим очищают улицы и дворы. В этом их плюс. А минус в том, что могут покусать и разносят болезни. Все знают, что до 15% проверенных ветеринарными станциями собак и кошек — больные бешенством. За год по каждому району каждой области до 1000 антирабических назначений после укусов собаками или котами. Кстати, вакцины нет. А на черном рынке она стоит не меньше 3-4 тысяч гривен. Я сам покупал дважды, при том через аптеки, в которых вакцин “нет”, и мои друзья покупали.

Не нужно ограничивать усилия зоозащитников помощью бездомным псам и котам. Их активность важна, но она очень “извращенная” на бездомных животных, без внимания к дикой природе.

Как человек может приобщиться к защите природы?

Однозначно будет позитив, когда будут просто развешивать для птиц кормушки зимой, развешивать домики для летучих мышей или создавать искусственные нерестилища для рыб. Когда будут огораживать места, где через дорогу регулярно ходят ежики или ползут ужи. Тогда будет хоть какой-то положительный контакт человека с дикой природой, хоть какая-то ей помощь.
Во Франции и Германии своего времени годами работали над тем, чтобы вывести всех бездомных животных. И сейчас если там появится какой-то пес, то он становится героем соцсетей. Почему? Ибо он один, а не 20-30 тысяч киевских парий. И этим занималось государство. А наше общество опустилось до того уровня, что дало волю догхантерам! Это большая проблема, потому что это и рынок ядов, и рынок оружия, и социальные конфликты. Догхантеры взяли на себя эту работу, потому что государству все равно.

Какие есть лучшие способы, чтобы защитить природу, в том числе редких животных и растений?

Основа активности должен быть в ограничении присутствия человека или человеческого вмешательства в природу. Иногда это на порядок важнее, чем вложение средств.

Посмотрите на Чернобыльскую зону. Конечно, это была экологическая катастрофа. А еще больше человеческая беда. Но посмотрите на результат, то есть посмотрите на все с точки зрения экологии. Потому что там произошло? Наконец все расцвело, когда оттуда ушел самый главный разрушительный фактор природы — человек.

Поскольку 90% популяций редких видов обитают вне заповедниками, без реализации идей экосети мы ничего не спасем. И себя также.

Но имею надежду, что будут и лучшие времена... Мы имеем пока еще мощный научный потенциал и пока еще жизнеспособные популяции многих ключевых видов в наших экосистемах.

Катерина Гончарова
Собственный корреспондент Styler

16 августа 2017, 21:46
31011
10
 
16 августа 2017, 23:21
умный специалист, и все правильно говорит! в Украине нет эфективной охраны природы, не решается экологическая проблематика - вообще!
17 августа 2017, 08:26
Иногда страшно за будущее !
17 августа 2017, 10:14
О чём речь? Каждый думает только о себе, своих нуждах. Всем всё поф..